Ольга Страховская

Редактор

«Прямо сейчас в мире идет огромный подъем женского единения — это видно и по кампаниям в соцсетях, и по программам для женщин, например, в IT. Чуть ли не самый эмоциональный момент прошедшей церемонии „Оскар“ — речь актрисы Фрэнсис МакДорманд, которая призвала всех номинанток на премию встать, чтобы их увидели, а главное — чтобы сами женщины увидели друг друга и поняли, что они вместе. Проект Sh.e — ровно об этом.

Есть такое затертое выражение „женская солидарность“, которое, как правило, подразумевает поддержку в беде, в ситуации, когда требуется эмоциональное участие. В паре с ним часто идет „понять по-женски“ — например, как жена или мать. Это обособляет женщин и некое „женское“ понимание, подчеркивает, что есть отдельные „женские“ сферы, где это понимание и единение уместно. При этом все, что находится за их пределами, считается пространством „женской конкуренции“. Это, конечно, клише, но мы инерционно продолжаем им следовать, в том числе в профессиональной деятельности. Поэтому даже сами женщины часто опасаются женских коллективов, женщин-коллег или начальниц, чувствуют себя разобщенно. Особенно в профессиях, куда для женщин высокий порог входа, а за ним ждет настороженная или откровенно недружелюбная среда.

В какой-то момент я поймала себя на том, что, говоря о своей работе и карьере, часто использую выражение „мне повезло“. Мне действительно во многом очень повезло — с семьей, друзьями, коллегами и проектами. Меня редко по-настоящему обесценивали; но, как выяснилось, мы отлично справляемся с этим сами.

Разговаривая с женщинами, которые вызывают восхищение своей целеустремленностью, уверенностью и успехами, я постоянно слышу от них то же самое „повезло“. Они признаются, что на самом деле не уверены в своих силах и экспертизе, занижают свои успехи и втайне боятся разоблачения.

Умеренная самокритика, способность здраво оценивать свои силы и видеть возможности для развития — это одно; совсем другое — неумение присвоить себе свои объективные достижения. О том, почему это происходит, написаны сотни гендерных исследований. Это действительно проблема, с которой чаще сталкиваются женщины просто в силу воспитания и культурных установок: что нужно быть мягче, скромнее, не стремиться к лидерству.

В английском языке есть саркастичное слово bossy — оно очень четко передает идею о том, что женщина не может быть настоящим лидером, а лишь перенимает доминирующую модель поведения. Это правда случается: когда свою профессиональную состоятельность приходится доказывать с удвоенной силой, кто-то теряет уверенность в себе, кто-то обрастает цинизмом, а кто-то перенимает мизогинные практики, которые приняты в коллективе. Но это не значит, что не может быть иначе. И появление площадки, на которой женщины образно могут встать, увидеть друг друга и быть увиденными, рассказать о своем опыте и быть услышанными, как раз ведет к тому, что это „иначе“ из исключения станет нормой».

Биография

Закончила факультет журналистики МГУ. Бывший кинокритик, редактор раздела «Фильмы и фестивали» сайта afisha.ru, редактор раздела культуры Look At Me. Три года возглавляла сайт для современных женщин Wonderzine, с февраля 2017 года — редактор «Медузы», где в том числе занимается гендерными темами.

Также читайте

Интерсекциональные феминистки однозначно включают трансгендерных людей в свою повестку, а трансэксклюзивные – нет. Исследователь_ницы и активист_ки Мира Тай и Яна Маркова рассказывают о собственном опыте трансгендерности и теориях возникновения трансфобии внутри феминизма.

Психолог Светлана Маркова рассказывает о своей работе с людьми, осужденными за сексуальное насилие над детьми, и раскрывает причины их поведения

Специалистка по соматическому движению Полина Быховская рассказывает, как ее клиенты, коллеги и знакомые использовали приемы телесной и эмоциональной самоподдержки во время карантина.